Философия жизни:

Подписаться на эту рубрику по RSS

Этот вопрос я обращаю в первую очередь к тем поклонникам бодибилдинга, которые переступив порог современной фитнес студии, с удивлением обнаруживают, что дискуссии о построении мощной мускулатуры ведутся в основном в направлении фармакологии и питания. Тема самой тренировки прячется где то на периферии. При этом, к сожалению, число убежденных сторонников «химического» бодибилдинга неуклонно растет. Они напористо убеждают новичка:

—хочешь иметь настоящие мускулы «садись на курс». Да не забудь про протеин и пищевые добавки — чем больше, тем лучше».

Многие «новобранцы» смотрят на весьма внушительную мускулатуру старожилов спортзала и еще более накаченные тела персональных тренеров, которые часто являются профессионалами, участниками крупных соревнований по бодибилдингу и с разочарованием думают:

— фигура Геракла не для меня.

У этих поклонников бодибилдинга есть еще естественное, здоровое недоверие к таблеткам, уколам и к питанию протеиновыми порошками с ванильным или иным синтетическим вкусом. Даже простудившись, они предпочитает не пользоваться громко разрекламированными дорогими лекарствами, а укутавшись теплее, сидят дома и пьют горячее молоко с медом или чай с малиной. В продуктовом магазине, они не ленятся внимательно читать надписи на упаковке и не покупают генетически модифицированные или напичканные консервантами, стабилизаторами и красителями продукты.

Так что же путь к большим мышцам этим «натуралам» закрыт?

Думаю, что нет! И я постараюсь это доказать.

Я не протестую против полупрофессионального и профессионального бодибилдинга. Соревнующиеся бодибилдиры достойны уважения, чтобы выиграть они должны показать судьям и зрителям супер большие и рельефные мускулы. Без помощи фармакологии и пищевых добавок им не обойтись. Гормоны и анаболики в купе с протеиновым питанием, зачастую, позволяют им строить совершенно неестественную для их физической конституции мышечную массу. Создание и поддержание такой мускулатуры становится основной целью и сужает горизонты их жизни до спортивного зала и соревновательной сцены. Зачастую они рискуют своим здоровьем и даже жизнью, как например, француз Мохаммед Беназиза и немец Андреас Мюнцер. Оба претендовали на самые высокие места на конкурсах «Мистер Олимпия» и обоих не смогли спасти в лучших клиниках Германии.

О Мюнцере я услышал впервые от Владимира Ивановича Дубининна после его возвращения из Австралии, куда он вместе с Василием Степановичем Чайковским вывозил команду СССР по бодибилдингу на первенство мира 1988 года. Тогда Владимир Иванович сказал, что Мюнцера ждет заметное место в мире бодибилдинга и он несомненно получит профессиональную лицензию IFBB.

В 90-х годах Мюнцера стали называть самым рельефным бодибилдером мира, «человеком без кожи». Он родился и жил в небольшой австрийской деревеньке недалеко от г. Граца. Его отец содержал молочную ферму, семья жила в достатке. Как большинство австрийских подростков Андреас летом играл в футбол, а зимой катался на горных лыжах. Он рос спокойным, вежливым и трудолюбивым подростком и сохранил эти качества до конца своей жизни.48.jpg

Однажды друзья зазвали Мюнцера в фитнес студию и он попробовал «железные» тренировки. Его мускулы оказались отзывчивыми к бодибилдингу, он быстрее своих товарищей прибавлял в мышечной массе и тренер предложил Андреасу выступить на местных соревнованиях. Неожиданно для всех Мюнцер занял второе место, опередив многих более опытных соперников, у него возникло ощущение, что в бодибилдинге он может добиться много. Андреас поверил в себя и начал серьезно тренироваться. Перед его глазами стоял заманчивый ориентир — Арнольд Шварценеггер: великий бодибилдер, киноактер и политик, который был также родом из этих мест. «Заболев бодибилдингом» по настоящему, Андреас ставит перед собой цель получить профессиональную лицензию и повторить путь «Терминатора». Для этого ему нужно стать чемпионом мира среди любителей и он проявляет невероятную волю, чтобы ее достигнуть. Мюнцер тренируется как одержимый каждый день по несколько часов. Все остальные интересы отодвинуты на второй план. Взяв в банке ссуду, он открывает частную фитнес студию, чтобы совмещать собственные тренировки с работой. Будучи от природы сухощавым, Андреас делает упор на рельеф мышц, уменьшает процентное содержание подкожного жира до минимума — 4%. Теперь он подрабатывает по вечерам, на местных дискотеках демонстрируя супер рельеф.

Но зрители и судьи крупных соревнований хотят видеть на сцене массивных атлетов и Андреас решает довести свой соревновательный вес до 90 кг. Вес растет медленно и Андреас подстегивает прогресс в наборе массы анаболиками. В 22 года он становится бронзовым призером первенства мира среди любителей по версии IFBB в Мадриде, в следующем году в Австралии повторяет свой успех — он снова третий, после Павла Яблонски (Чехословакия) и Рене Жанвьера (Франция). Популярность Андреаса в Австрии и Германии растет день ото дня.

Мюнцера замечает руководитель немецкого бодибилдинга Альберт Бусек. Он приглашает его в Мюнхен и дает хорошо оплачиваемую работу менеджера и тренера в принадлежащем ему спортивном центре. Андреасу кажется, что все его мечты начинают сбываются и он повторяет триумфальный путь его кумира Арнольда Шварценеггера, который тоже начал восхождение на олимп из Мюнхена, при поддержке Бусека.

В 1989 г он получает долгожданную профессиональную лицензию.

Теперь Мюнцер тренируется ежедневно от шести до восьми часов в день. Он становится частью беспощадной системы, которая делает тело человека заложником извращенного идеала физической красоты. В период набора массы Мюнцер увеличивает свою мышечную массу до максимально возможного предела. В этой фазе он ест за троих: его ежедневный рацион оценивается в 8000 килокалорий. В конце фазы набора массы он весит около 115 кг.

Затем начинается борьба за рельеф, которая продолжается три месяца до мирового первенства. Мюнцер должен придерживаться строжайшей диеты и при этом жестко тренироваться. В это время его меню состоит только из рыбы, яичных белков, куриного мяса, фруктов и салата. Продукты содержащие жир полностью исключаются.

Для выступления на первенстве он снижает содержание телесного жира до 4 процентов. Для сравнения — тело хорошо тренированного профессионального футболиста содержит около 15 процентов жира. Соревновательный вес Мюнцера уменьшается на 10 процентов по сравнению с весом в фазе набора массы и он демонстрирует «обнаженные» мышцы». Чтобы выглядеть «брутально жестким», последние 10 дней перед соревнованиями Мюнцер потребляет только пол литра воды в день. Измерения показывают, что его мышцы покрывает рекордно тонкая «пергаментная» кожа.

Мюнцер становится зависимым от своего спорта и начинает вести двойную жизнь. Андреас фиксирует на компьютере каждую минуту своей тренировки, каждый грамм съеденной пищи, каждый глоток выпитой жидкости, каждую таблетку и инъекцию медикаментозной поддержки. Он общается в Мюнхене только с бодибилдерами, все разговоры только о тренировке, диете и о грядущих соревнованиях. Наивысшее наслаждение ему доставляет рассматривать свое отражение в зеркале: «Кто еще обладает столь совершенным телом?»

Официально он является воплощением здорового образа жизни, примером «правильного» спортсмена: никакого алкоголя и табака, питание только экологически чистыми продуктами, строгий режим тренировок и отдыха Эта версия поддерживается при общении с представителями печати и телевидения. В телепередачах тех лет можно видеть рассудительного, молодого человека, который убедительно говорит о необходимости здорового образа жизни, пользе физический упражнений и о вреде анаболический стероидов.

Но есть еще и другая жизнь, скрытая от посторонних глаз. Тайные встречи на автостоянках крупных супермаркетов с подпольными дилерами запрещенных медикаментов, дорогостоящие консультации с недобросовестными врачами, для которых нажива важнее «клятвы Гиппократа», изнуряющие многочасовые тренировки, после которых Мюнцер не может спать без снотворного.

Следуя плану приема медикаментов, разработанному его физиотерапевтом, Мюнцер ежедневно делает инъекции мужских половых гормонов и принимает таблетки анаболических стероидов, в количестве, которого хватило бы для лечения больного с мышечной дистрофией в течение 10 лет. В дополнение к этому прием синтетического гормона роста в купе с инъекциями инсулина, для ускорения обмена веществ и лучшего усвоения пищи. Его домашняя аптечка забита медикаментами. По утрам он должен принимать аспирин для разжижения крови и улучшения самочувствия. Непосредственно перед тренировкой нужен стимулятор, чтобы переносить боль подъемов «до отказа». За неделю до соревнований, Андреас принимает исключительно токсичные для почек и печени обезвоживающие медикаменты — ведь от этого его мышцы приобретают особо выигрышную для выступления фактуру. Но с каждой таблеткой организм Андреаса становится менее чувствительным к химической стимуляции и ему приходится увеличивать дозы препаратов. Мюнцеру хронически не хватает денег, потребляемые им медикаменты стоят очень дорого. При этом много денег уходит и на легальные препараты, которые Андреас также принимает ежедневно: аминокислоты, креатин, витамины, магний, калий, белковые напитки.

Чтобы оплачивать все это Мюнцер должен, в отличие от многих своих коллег должен оставаться в форме круглый год. Он все время демонстрирует свои мускулы за деньги, не давая телу необходимого отдыха. И тело начинает сдавать. Андреас жалуется своей подруге на боль в животе. Во время публичных выступлений на его лице редко можно увидеть улыбку, оно остается серьезным и даже грустным.

Затем наступает развязка. Он летит в Лос-Анджелес, чтобы выступить в соревновании «Ночь чемпионов», организатором которого является его кумир Арнольд Шварценеггер. Шестое место. Мюнцер доволен результатом, он принимает участие в показательных выступлениях, фотосъемках и возвращается в Мюнхен.

Сразу по приезде самочувствие Андреаса резко ухудшается,резкие боли в животе, его доставляют в университетскую клинику, где врачи диагностируют внутреннее кровотечение. Начинается борьба за его жизнь. Врачи, делают сложнейшую полостную операцию, но без успеха, Андреас Мюнцер умирает.

Еще вчера супер совершенное мускулистое тело становится объектом судебной медицины. Вскрытие показывает, что многие внутренние органы необратимо разрушены в результате постоянного приема анаболических стероидов, гормонов и стимуляторов поддерживающих физическую активность. Так закончил свой жизненный и спортивный путь Андреас Мюнцер, несомненно незаурядный, физически одаренный от природы атлет, который сделал бодибилдинг своей профессией и хотел быть в первых рядах лучших бодибилдеров мира.

Большие мускулы еще и сейчас часто вызывают у окружающих негативную реакцию. Сплошь и рядом виноваты в этом сами их обладатели. В неподходящую погоду они прогуливаются майках или футболках, чтобы продемонстрировать свои бицепсы и трицепсы, а их походка бывает неестественной из-за постоянного стремления держать мышцы в напряженном состоянии. Зрелище получается действительно малопривлекательное: обладатель массивной мускулатуры движется неуклюже, руки держит в стороны (якобы бицепсы не позволяют сохранять их нормальное положение), ноги он также ставит излишне широко, подчеркивая этим монументальность своей фигуры.

Дубинин не таков: и раньше, в годы своей лучшей спортивной формы, и сейчас, оставаясь достаточно массивным, он всегда элегантен и пластичен. Я полагаю, что это отчасти от природы, а отчасти является результатом настойчивых тренировок в молодые годы, когда он, готовясь к соревнованиям, не жалел времени на приобретение умения артистически двигаться по сцене во время произвольного позирования. Благодаря приобретенной привычке держать мышцы в тонусе, но без излишнего «напыживания» он выглядел в обычной жизни намного 

Дубинин

эстетичней, чем другие культуристы обладавшие такой же мышечной массой.  Володя всегда подсмеивался над нами, если видел кого-нибудь вышагивающим по улице с карикатурно надутыми мышцами. Но и ему не удавалось избегать дилетантских высказываний о «пустых мышцах». В конце 60-х годов, многие говорили, что культуристы, несмотря на внушительные размеры — слабые люди. Этого мнения придерживались не только рядовые обыватели, но и известные штангисты, борцы и спортивные журналисты.

Замечания о «дутых мышцах» не столько задевали Владимира Ивановича, сколько надоедали. Но однажды он не выдержал. В то время молодой Дубинин только что стал начальником участка в научно исследовательском Институте радио и электроники, где он в то время трудился. Под его началом теперь работали квалифицированные специалисты, «рабочая аристократия», как тогда говорили, некоторые из них годились ему в отцы и Володе нужно было поддерживать авторитет на должном уровне. Однажды во время обеденного перерыва, сидя в столовой вместе со своей бригадой, он услышал за соседним столиком очередной разговор о «настоящей силе» и «никчемной красивости пухлых  мышц культуристов». Говорил это молодой крепкий парень из соседней бригады. Поглядывая в сторону Владимира Ивановича, он сказал:

«Вот возьмем меня, я примерно такого же веса и роста как этот культурист, но у меня нет таких бугров мышц, они мне не требуются, я борец-вольник, мастер спорта, и на ковре могу уложить этого увальня на лопатки одной левой».

Сказано это было громко, разговор в столовой сразу стих и все взгляды устремились на Володю. Оставить такое замечание без внимания было невозможно. Владимир Иванович повернулся к говорившему и с нарочитым удивлением спросил:

«Неужели одной левой, по моему твоя левая для этого хиловата»

Борец «купился» на спокойное насмешливое замечание и состоялся такой разговор:

«Тебе не продержаться против меня и минуты, но ведь ты не решишься попробовать?»
«Почему же — решусь. Но договоримся так, если ты проиграешь, то ставишь выпивку и закуску для моей бригады, если тебе повезет, то я угощаю твою.»

Ударили по рукам и решили не, откладывая дело в долгий ящик, устроить поединок сегодня же в «Факеле», где был борцовский ковер. В 6 часов вечера, после окончания дневной смены, вокруг ковра в спортивном зале собрались обе  бригады. Когда противники встали друг против друга все ахнули, стало ясно, что вопрос о «стоимости культуристических мышц» должен быть разрешен окончательно и бесповоротно. 100 килограмм Володиных рельефных мышц выглядели намного более внушительно, чем облитой жирком кряжистый торс борца. Виктор Рабинович, выбранный судьей, хлопнул в ладоши и … Дубсон молниеносно ринулся в атаку, сбил борца с ног и в падении сдавил его в могучих объятиях. Некоторое время они так и лежали, оглушенный борец на лопатках, а сверху Дубинин. Потом Владимир Иванович повернул голову в сторону судьи и спросил:

«Витя, но что мне с ним дальше делать!»

А потом здесь же в Гавани, все вместе отметили Володину победу. Разошлись заполночь. Когда шли домой Виктор спросил Дубинина:

«Вова, как ты решился на это, не зная ни одного борцовского приема. Ведь если бы он успел сделать захват… »
«Так ведь не успел, а вообще я не мог проиграть. Как бы я потом посмотрел в глаза моим рабочим»

— ответил Владимир Иванович.

Летом Дубинин уезжал работать в студенческие стройотряды и как правило — комиссаром. От командира и комиссара отряда зависели условия жизни отряда, питание, соблюдение техники безопасности и в конечном итоге успех всего предприятия — привезут ли домой деньжат или проедят все, да еще и останутся должны. Здесь впервые проявились блестящие организаторские способности Владимира Ивановича.

Он умел разговаривать с начальством и получал наилучшие условия подряда, заботился о товарищах и  как самый сильный делал наиболее тяжелую работу, а своим комиссарским делам отводил вечер, когда все уже отдыхали.


Владимир Иванович вспоминает:

Мы работали на строительстве железнодорожной ветки в Караганде. Стояла жуткая жара. Щебенки не хватало и нам привезли камни, которые нужно было дробить кувалдой. Этим занимался Коля — штангист-полутяж. Однажды вечером, после работы в конце ужина он встал и сказал: «Хватит, больше я эту работу делать не буду». Все головы повернулись в мою сторону, ведь я был комиссар отряда. На следующее утро, Коля пряча глаза, передал мне свою робу и кувалду. От робы я отказался и отмахал кувалдой смену голый по пояс. Вечером всем отрядом меня мазали йодом — вся кожа была иссечена острыми осколками камней.

К делам бодибилдинга у Владимира Ивановича был тот же подход: большую часть работы брал на себя, работал за интерес, о деньгах думал во вторую очередь. Я вовсе не хочу сказать, что Дубинин не знает цену деньгам: в постсоветский период, когда многие наши сверстники по инерции ждали, когда новая власть начнет о них заботится, он организовал несколько частных предприятий и создал себе и своей семье достойный капитал. Кстати, руководит Владимир Иванович Федерацией бодибилдинга и фитнеса Росси бесплатно, часто вкладывая в дела федерации свои деньги.

В Ленинграде возможности заниматься спортом были  неограниченны. Детские спортивные школы существовали в каждом районе, обучение в них было бесплатным. В вузах и техникумах студенты могли выбрать спортивную секцию по вкусу и занятия физкультурой входили в расписание. На заводах, спортивные залы были оборудованы всем необходимы, и работали там квалифицированные тренеры.  На мой вопрос: «Почему ты выбрал для себя «нелегальный спорт» — культуризм», Володя ответил: «Это не спорт, а образ жизни». Только через несколько лет, наблюдая «эволюцию» моего друга, я понял, что он имел ввиду. Он говорил:

«Что хочет любой мальчишка, приобщаясь к спорту? Расширить плечи, накачать бицепсы и ... нравиться девушкам. Самый короткий путь — культуризм».

Две фотографии: великий Юрий Петрович Власов и Владимир Иванович Дубинин. Oдин и тот же возраст на фото.

Власов и Дубинин

Юрий Петрович сделал свою фигуру штангой. Для него, кстати, эстетика тела никогда не была пустым словом. Власов, наверняка, мог бы легче добывать рекорды, если бы «отпустил» свой вес, как это сделали его товарищи по сборной СССР  Леонид Жаботинский и Василий Алексеев.  Разумеется, его «суперфигура» была, так сказать, «побочным» продуктом тренировки, главным были рекорды. Но и рекорды, и «рекордное телосложение» забирали не только все его время, но и здоровье. Дубинин же жил обычной жизнью: ежедневная работа, семья, досуг и бодибилдинг. Я не припомню, что бы он хотя бы раз серьезно травмировался.  С каждым годом Володя становился сильнее и это придавало  уверенность, что ему все по плечу.

В то время бытовало глупое мнение, что объемные мышцы культуристов — «дутые» и силы в них нет. Находились желающие проверить это на практике. Однажды Володю вызвал побороться мастер спорта по вольной борьбе. Они вместе работали и в обеденный перерыв сослуживцы завели обычную песню про «дутые мышцы, а мастер спорта поддержал тему. Дубинину все это уже изрядно надоело, и когда возникло предложение доказать, кто сильнее на деле, он согласился, хотя с борцовскими приемами знаком не был. В зал набилось много народа.  Володя и Мастер спорта взобрались на боксерский ринг встали друг против друга. Картина складывалась не в пользу последнего, он был на голову ниже, килограмм на 15 легче и на фоне Дубинина выглядел довольно тщедушным. Доморощенный судья дал команду и роздался глухой удар от падения двух тел. Дубинин не стал дожидаться, когда его поймают на прием, а одновременно с сигналом к борьбе, бросил вперед  свои сто килограммов мускулов, сбил Мастера спорта с ног и упал на него сверху, сдавив в своих объятиях. Некоторое время они так и лежали, потом Володя поднялся и, протянув руку, помог  подняться оглушенному противнику.

Где бы ни появлялся Владимир Иванович,  он привлекал внимание окружающих. Я однажды был свидетелем, как молоденькая вагоновожатая остановила трамвай, когда Володя, который ехал на велосипеде купаться на «Петропавловку» в майке и шортах, «тормознул » около меня, чтобы поболтать.  Володе нравилось это внимание и он старался соответствовать ему. Он не позволял себе на людях быть небрежно одетым или непричесанным. Выступления в позировании выработали у него правильную осанку и красивую походку. Владимир Иванович отнюдь не придерживался строгого спортивного режима и время от времени «расслаблялся», пропуская в хорошей компании рюмочку-другую, но всегда при этом помнил, что на следующий день будет станок для жима лежа или стойка для приседаний.

В детстве Володя заикался и был застенчив. Новая, «публичная» жизнь научила его свободно говорить, держаться с достоинством, четко излагать свои мысли и убеждать собеседников в своей правоте. Если нам культуризм помог самоутвердиться в жизни,

для Дубинина он стал еще дорогой в большой мир. Порой я думаю, что уже тогда  Владимир Иванович предвидел время, когда в нашей стране бодибилдинг в той или иной форме войдет в жизнь многих людей, станет для некоторых профессией, займет свою нишу в производстве  спортивного оборудования,  питания, одежды и  шоубизнеса.

Мне бодибилдинг тоже пошел на пользу, я немного подкачался и девушки стали  склоняться и в мою сторону.

На стене  в Факеле висела огромного размера фотография Арнольда Шварценеггера. На новичков  она производила ошеломляющее впечатление. Но в следующее мгновение их ожидало новое потрясение, по залу шел «живой Шварценеггер» — Владимир Дубинин. Они были почти одного возраста, и Володя уступал не слишком много Арнольду в мускульной массе. Все мы чтили «Шварца» и отожествляли с ним нашего «Дубсона», но сам Владимир Иванович эту идею не поддерживал — он был самодостаточен и хотел оставаться самим собой. Наблюдая за Дубининым и изучая по крупицам жизнь Шварценеггера, я не переставал удивляться схожести их характеров и стремлений. Оба смолоду были крайне самостоятельны и знали, что они хотят от жизни. Оба ничего не делали наполовину и отдавались стоящей перед ними задаче без остатка.

Два года назад мне пришлось надолго задержаться в Баварии, в глубинке. Денег было только на еду и жилье, и через месяц я уже изнемогал без «железного допинга» — фитнес студия была не по карману. Блуждая на велосипеде по окрестным деревням, я  наткнулся на деревянный щит с объявлением: «Все виды тренировок с тяжестями, Ханс Хойзер». Во дворе ухоженного двухэтажного дома стояло низкое деревянное строение, на дверях которого была нарисована штанга. Я вошел и мне почудилось, что я в Элладе — аскетический зал без хрома и никеля, набитый самым нужным «железом». Мы с Хансом поняли друг друга с полуслова, старый  «профи» взял с меня мизерную плату — 3€ за тренировочный час и разрешил ходить в зал в любой день, независимо от его  присутствия. На
следующий день, прогуливаясь между подходами по залу, я увидел на стене фотографию моего нового друга  рядом с ... Арнольдом Шварценеггером.  Я расспросил Ханса об Арнольде, и  он рассказал мне, что тогда в Мюнхене ничего не напоминало о будущем «Терминаторе» и губернаторе штата Калифорния, Арнольд занимался только бодибилдингом, говорил только о бодибилдинге и не знал английского.

Как только Шварценеггер перестал выступать в соревнованиях и сниматься в ролях «мускульных суперменов» он оставил серьезные тренировки. Тоже произошло и с Дубининым, занявшись вплотную делами Федерации и собственным бизнесом, он не смог «качаться» в пол силы. Наш общий с Владимиром Ивановичем друг, бывший силовой жонглер Владимир Маргослипенко, рассказывал мне, что вначале 90-х уговорил  Дубинина возобновить тренировки «для здоровья», однако, уже через день другой, они вошли в прежний темп, а это значило 3 часа, отнятые от дела и Владимир Иванович остановился.

И для Дубинина и для Шварценеггера бодибилдинг был осознанной ступенькой в большой мир, где они смогли полностью проявить свои природные таланты.

В 1987 году с наступлением в СССР «перестройки» Дубинин организовал в Ленинграде крупный турнир по бодибилдингу и пригласил на него Арнольда Шварценегера в качестве почетного гостя. Арни не приехал, но между ними завязалась переписка, и в 1992 Дубинин получил в свою очередь приглашение посетить Арнольд Классик в Колумбусе, штат Огайо. Подготовился Владимир Иванович к поездке основательно, он заказал у скульптура Александра Чернощекова бюст Шваценеггера в бронзе. Готовый бюст был помещен в специально изготовленный из красного дерева футляр, снабженный бронзовыми защелками. Центральный замок позволял эффектно открыть сразу все защелки, стенки падали и взору присутствующих должен был предстать бронзовый Арнольд. Однако когда наша делегация прибыла в Колумбус, огромный ящик не прошел в дверь гостиницы. Бюст пришлось извлечь и на руках внести в холл, а когда через минуту вернулись за ящиком, он уже исчез. Дубинин развел руками и сказал: «Да, в Америке тоже есть крепкие ребята!, Ящик то был неподъемный!».

Арнольд Классик совершенно особое шоу в мире бодибилдинга. Когда Шварценеггер закончил активные выступления как культурист, он не порвал с бодибилдингом. Джо Вейдер, тренер чемпионов, говорил:

«Он почти в одиночку тащил культуризм с 1968 по 1975 гг. Он был всегда в центре всего, представляя культуризм, люди будут вспоминать Арнольда. Он — самое известное имя в истории спорта, который питал его, спорта, который он любил. Они великолепно подходят друг к другу!»

Эти слова как нельзя лучше подходят и к Владимиру Ивановичу Дубинину. Будучи лучшим культуристом СССР, он одновременно принимал самое активное участие в пропаганде и обустройстве бодибилдинга в нашей стране. Его совершенное тело было лучшей иллюстрацией того, что может дать этот вид спорта. Я преклоняюсь перед нынешними чемпионами, понимая какими лишениями подвергают они себя, чтобы показать на сцене анатомически рельефные тела. Это вполне соответствует 21 веку, с его бескомпромиссным подходом к жизни, телевидению, музыке, живописи, кино, литературе, моде, автомобилям и спорту. Но в 60—90 годы наша страна еще не попала под беспощадный каток американских стандартов жизни и мощный мужественный облик Дубинина, лишенный всякой искусственности был привлекателен для многих. Воистину в те годы он держал на своих плечах отечественный бодибилдинг.

А тогда в Колумбусе перед Владимиром Ивановичем стояла не простая задача вручить Щварценеггеру подарок — его бронзовый бюст.  Сейчас Арнольд Классик представляет собой целый комплекс различный мероприятий:

Конкурс пользуется значительным авторитетом среди бодибилдеров, и сравнивается с чемпионатом «Мистер Олимпия». Он привлекает значительное внимание размерами призов; в частности, первый приз представляет собой 100 тыс. долл., автомобиль Хаммер, и часы Ролекс.
Чемпионат включает три номинации для женщин: Ms International, Fitness International, Figure International. Также на конкурсе представлены многие другие виды спорта — гимнастика, реслинг, боевые единоборства, пауэрлифтинг и др. Во время конкурса проводится выставка-продажа Арнольд Экспо, на которой представлена разнообразная продукция, связанная с бодибилдингом.

В 1992 Арнольд Классик был крупнейшим соревнованием по бодибилдингу и выиграл его тогда непревзойденный король позирования  Винс Тейлор. По окончании турнира, во дворце ветеранов состоялся грандиозный банкет, где должен был выступить Шварценеггер. Там на сцене наша делегация и собиралась вручить Арнольду «весомый сувенир». Но обстоятельства сложились иначе. Еще в середине мероприятия Арнольда вызвали за кулисы, и вдруг он появился в проходе в сопровождении телохранителей, направляясь к выходу.

Шварценеггер уходил и с ним уходила возможность очного знакомства. «Не получилось» — сказал кто-то из нашей группы. Но отступать было не в правилах Дубинина, он поднял бронзового Арнольда над головой и крикнул на весь зал: «Арнольд! Оглянись!». И Шварценеггер оглянулся. Он как бы еще не вышел из роли Терминатора, и повернул голову как его герой-робот медленно и безразлично, но увидев мощного человека со своим бюстом в руках, чисто по человечески удивился, и сделал знак рукой, приглашая подойти. «У Вас ровно 3 минуты, нас ждут в Вашингтоне» — быстро сказала пресс-секретарь Арнольда, но они проговорили более получаса и положили начало дружбы, которая продолжается по сей день.